Меню
12+

«Маяк Сысолы». Общественно-политическая газета Сысольского района Республики Коми

11.11.2014 15:50 Вторник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 130-131 от 08.11.2014 г.

Торпыриг (осколки)

Автор: Алексей Голосов

Прозвища деревни Луч. 
Очень интересная, на мой взгляд, тема. У каждого коми есть родовое прозвище. Бывают и личные прозвища, но далеко не у всех. Обычно личные прозвища безобидные. Однако иногда в них закладывается негативный смысл.

У РОДОВЫХ прозвищ различное происхождение. В некоторых районах республики они изменяются от поколения к поколению. За примером далеко ходить не надо. В номере «Маяка» от 27 сентября была опубликована статья «Менам бать» на коми языке. Автор из Чухлэма рассказал о своем отце, который в войну попал в немецкий плен, выжил и вернулся домой. Автор подписался так: Сергей Ольоксан. То есть имя отца и есть прозвище.
У коренных жителей деревни Луч картина иная. Прозвища у них «долгоиграющие», разнообразные. Сошлюсь на своих прародителей. Самый «старый» из них (в девяти коленах от меня) родился в начале царствования Петра I (он имеет отношение к роду Даво). Прапрадед по другой линии родился года за два до гибели Пушкина (род Сибырак). Еще по одной линии я знаю данные только о прадеде. Он был года на три старше Ленина (род Семан).
Потомки двух местных родов – Дяпки и Даво – имели общего пращура — Василия Осиповича Майбурова, родившегося в 1690 году. Он служил дьячком в визингской Георгиевской церкви (одноэтажное здание храма было деревянным, оно уже не существует около двух столетий). Дьячок не относился к священнослужителям, возведенным в сан. Он выполнял, что называется, общественную работу – помогал священнику и диакону во время службы. Пропитание добывал в основном крестьянским трудом.
Дьячками в той же церкви служили сын Василия Осиповича Андрей и внук Иван. А правнук Федор Иванович, живший во времена Екатерины II, Павла I и Александра I, был уже «чистым» крестьянином. Его называли в деревне дьяк пи (сын дьячка). Унаследовали это прозвище старший сын Федора Ивановича Михаил и его потомки. Со временем прозвище трансформировалось в Дяпки – так легче произносить.
А потомки младшего брата Михаила — Федора — стали Даво. Потому что своего сына Федор Федорович Майбуров назвал Давидом.
Прозвищ, произошедших от имени конкретного человека, в Луче было много: Павел, Ольош, Даньо, Осьо, Осип, Гриша…
Давид Федорович, мой прапрадед по отцовской линии мамы, прожил довольно долгую жизнь. Родился в середине девятнадцатого века, захватил времена Первой мировой войны. Даты смерти не знаю.
До недавних пор старшими в родах Дяпки и Даво были Иван Павлович Майбуров, бывший учитель физики Визингской средней школы, и моя мама Нина Егоровна. Оба ушли из жизни в феврале 2014 года.

ДЕДА мамы по линии матери, то есть моего прадеда, звали Иван Федотович Майбуров (1873-1944). В молодости он часто ездил на отхожий промысел в Сибирь – катал валенки (катаник, гын сапог). Из-за этого в деревне прадеда прозвали Сибиряк (в коми фонетической транскрипции – Сибырак). Это прозвище, унаследованное его детьми, имеет, как видим, географическую основу.
У моей покойной родственницы по линии Даво Глафиры Михайловны Майбуровой девичья фамилия была Зельверт (кстати, жила в деревне ее полная тезка с девичьей фамилией Голосова). А родовое прозвище у Зельвертов — Поляк. Не исключено, что один из предков женщины, ее братьев, был родом из Польши, где нередко вспыхивали восстания, а восставших часто ссылали в российскую глубинку. В основе прозвища либо название государственного образования, некогда являвшегося частью Российской империи, либо национальность.
Есть родовые прозвища, происхождение которых трудно объяснить. Скажем, старшая сестра моего деда по линии Даво Анна Ивановна Майбурова вышла замуж за Константина Михайловича Голосова, родовое прозвище которого было Рой. Как «расшифровать» это слово, я не знаю. Русское значение исключается.
Замужняя женщина почти всегда наследовала прозвище супруга. В том числе и Анна Ивановна. Но бывали исключения. Мою маму в деревне никто не звал по родовому прозвищу мужа, моего отца, – Семан. Для деревенских она до конца жизни оставалась Даво Нина. Кстати, коми, как и венгры, в повседневном общении женщину часто называли не по прозвищу, обретенному после замужества, а как жену своего супруга. Скажем, Даво Иван готыр.
Случалось, совпадали родовые прозвища и имена у членов разных семейных кланов, но имеющих, скорее всего, общие корни. Иногда родственная связь уходила в такую глубь времен, что нынешние представители родов ее отрицают напрочь. Например, проживали поблизости друг от друга два мужика, которых звали Осьо Митрей — Дмитрий Иванович и Дмитрий Андреевич Майбуровы. Первый был старше второго на шестнадцать лет. Поэтому ситуация разрешилась так: старшего прозвали порысь (старый), другой остался «простым» Осьо Митреем.
Иногда одинаковое прозвище носили представители различных фамилий. Скажем, прозвище Назар было и у Колеговых, и у Голосовых.

ЖИТЕЛИ «старого» Луча регулярно присваивали односельчанам личные прозвища. Причем в основном мужчинам.
Упомянутого Дмитрия Андреевича Майбурова звали также Ходяй. Что означало это слово, можно только предполагать.
Ивана Степановича Голосова (Семан Иван) деревенские прозвали Брычко. Откуда взялось прозвище и что означает, его сын Иван Иванович пояснить не смог.
По соседству с Иваном Степановичем проживали еще двое из рода Семан, причем одного тоже звали Иваном.
Первый — Дмитрий Александрович Голосов – имел личное прозвище Коммун (от слова «коммунар»). Задолго до образования колхоза «Луч» этот почитаемый в деревне человек, отец будущего первого секретаря Сысольского райкома партии и председателя райисполкома, мечтал объединить односельчан в коммуну.
Второго Семан Ивана – сына младшего брата Дмитрия Александровича Алексея — иной раз звали Мичи Иван. Что означает это слово, мне непонятно. Не производное же от слова «мича» (красивый)…
Моего деда по отцовской линии Семан Ёгора прозвали Кукулю. По слухам, на одном из колхозных собраний дед подкрепил свое мнение энергичным возгласом: «Кукулю!». Прозвище буквально приклеилось. Что понимал дед под этим словом, не знаю. Когда он умер, мне было всего девять лет.
Одну из деревенских женщин прозвали ГПУ. Эта аббревиатура расшифровывается просто – главное политическое управление, преемник ВЧК. Гражданка иногда, что называется, «стучала».
Одного из старых лучовцев из разветвленного рода Дяпки иной раз звали Акать. В коми-русском словаре и словаре диалектов коми языка такого слова нет. По некоторым данным, в давние времена в деревне проживал дурачок (абу тыр сточ), которого прозывали Акать. Он постоянно носил на шее медный колокольчик (жыннян), предназначенный для коров. Если корова куда-то пропадала, ее можно было найти по звону колокольчика. Прозвище «перекочевало» к многодетному отцу, которому перед Октябрьской революцией было уже за сорок. Видимо, мужик был с причудами.
Симпатичное прозвище было у Октябрины Ивановны Липиной, ныне покойной. В деревне ее звали Сiни Рина. Отсюда личное прозвище – Синьорина. Простая игра звуков — созвучие. Любопытная вещь связана и с ее родовым прозвищем.
В Луче существовал обширный род Даньо, который пошел от Данилы Кузнецова, жившего в середине девятнадцатого века. Его сын Алексей Данилович имел, если не ошибаюсь, шестерых сыновей. Один из старших – Иван Алексеевич, тоже был плодовит. Однако прозвище его детей почему-то стало Сiни. Что означает это слово, даже не предполагаю.
Кстати, одного из младших сыновей Алексея Даниловича звали Вениамин. Имя Вениамина Алексеевича, родившегося в начале двадцатого века и погибшего в Великую Отечественную, стало прозвищем ее детей. В деревне, в ее верхней части (Чоййыв), проживали сестры Веня Лида и Веня Нина. Почему так поменялось родовое прозвище, став, по сути, «одноразовым», для меня загадка.

В НОВЕЙШИЕ времена в Луче существовали простейшие личные прозвища – Щукарь, Шомпол, Композитор, Скумбрия, Кын (в переводе с коми – мерзлый), Старшина, Налим (обладатель был слишком «скользким» человеком), Воробей (потому что имя Сергей).
Самыми забавными мне кажутся прозвища Шнув и Копоть. Их обладатели работали трактористами. Первый сильно картавил. А поскольку своего железного коня он заводил с помощью пускача, дергая шнур, то после нескольких рассказов о повседневных делах к нему приклеилось прозвище Шнув. Второй, мой сверстник, в деревню переехал из другого села. Понять, почему к нему пристало, как банный лист, прозвище Копоть, несложно. Фамилия Сажин. Он так носился со своим колесным трактором, что иногда бывал слегка чумаз. Это прозвище как-то прозвучало в устах его жены, покойной Валентины, чему я был свидетелем («Копоть, пыр нин гортад — шыд кодзало» – «заходи уж домой, суп стынет»). С семейным применением «личника» до этого я не сталкивался. Витя Сажин, абсолютно неконфликтный, работящий человек, в Луче уже не живет – переехал к дочери в Выльгорт.
Личные прозвища обычно не переходили от отца к сыну или от матери к дочке. Но есть исключения. Покойного Павла Алексеевича Голосова (Ольош Павел) деревенские прозвали Магар. Теперь и его младшего сына Владимира Алексеевича, человека весьма пожилого, иногда называют так же. Мой двоюродный брат Иван Иванович Голосов унаследовал от отца Ивана Егоровича прозвище Дудi. Что оно означает, ума не приложу. Брат на прозвище отзывается, не обижается.

Комментарии (1)

  • Kolvizin, 13.11.2014 12:46 #

    А вот само название "Луч" производная от названия колхоза. Колхоз назывался наверное "Луч коммунизма" или как-то так. В Прилузском районе есть ещё более забавные названия деревень: д. "Броневик" или д. "Урожай".

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

654