Меню
12+

«Маяк Сысолы». Общественно-политическая газета Сысольского района Республики Коми

31.12.2015 09:30 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 113 от 26.12.2015 г.

Американский внук коми солдата

Автор: Полина Львова, Кристина Сухарева.

Адам Гелл с детьми Кассандрой и Джулианом. Нью-Йорк. 2014 год. 

В жизни каждого человека наступает момент, когда он начинает задавать себе вопросы: «Кем были мои предки? Как они жили? О чём думали? Какой след оставили в истории?».
Исследование истории семьи Турубановых началась с того, что краеведы Межадорской школы начали собирать материал об учителях — участниках Великой Отечественной войны. На фронтах 1941-1945 гг. воевали 24 учителя, из них возвратились домой лишь девять. Занимаясь исследовательской работой, не раз убеждались, что информация находится самым неожиданным образом.

Встретившись со старожилом села Киселевой Маргаритой Михайловной, мы услышали от неё имя учителя биологии Турубанова Николая Викентьевича. Оказывается, их дома (учителя и Маргариты Михайловны) стояли рядом. Также нам удалось побеседовать и с ученицей Николая Викентьевича — Лией Николаевной Морозовой. Итак, от слова к слову, мы узнали некоторую информацию.

7 июля 2011 года в Межадоре отмечали 425-летие села. С утра проводились разные мероприятия. Гостей было много. Среди большого количества людей выделялась группа, которая как-то по-особому приглядывалась к старым домам. Мы подошли спросить, что привело их сюда. Думали, что ослышались, когда узнали, что перед нами внук того самого Николая Турубанова, учителя, солдата, жизненную историю которого мы пытаемся воссоздать.
В 1937 году Н.В. Турубанов окончил педагогический техникум в Сыктывкаре. По распределению попал в село Вотча, работал учителем биологии в семилетней школе. На квартиру его определили к вдове Домне Седьюровой, которая отнеслась к постояльцу по-матерински заботливо, с любовью. Всё было у них общее: и кров, и еда, и заботы. Через дорогу жила двенадцатилетняя внучка Домны Семеновны Вера (ныне известный в нашем районе ветеран здравоохранения Вера Павловна Чередова), которая часто приходила к бабушке помогать по хозяйству. В очередной раз, когда она пришла мыть полы, на столе в комнате учителя увидела открытое письмо от Лидии Сенькиной, невесты Николая, студентки медицинского училища. В письмо была вложена и фотография девушки. Прошло 78 лет с того дня, а Вера Павловна до сих пор помнит содержание письма, тайком прочитанное ею, где Лидия признавалась в любви к своему суженому.
Через год молодого специалиста перевели учителем биологии в Межадорскую школу. Поселили на частной квартире у Пелагеи Андреевны Морозовой. Молодой, образованный, статный, прекрасно играющий на аккордеоне, он пользовался авторитетом у взрослых и детей. Учителя по вечерам выступали с концертами, ездили с постановками по селам и деревням, вели агитационную работу, занимались ликвидацией безграмотности среди взрослого населения, ведь школа в те годы была центром образования и культуры.
После окончания училища в Межадор приехала работать фельдшером Лидия Сенькина. Она была родом из Вотчи. В годы коллективизации власти у них отобрали большой добротный дом, в котором открыли школу. Семья после долгих скитаний перебралась жить в Сыктывкар.
В 1938 году в Межадоре молодые сыграли свадьбу. Многие старожилы и сейчас, вспоминая Николая и Лидию, замечают, что до войны это была самая красивая пара в многолюдном селе. Вскоре родился сын, которого нарекли именем Альберт. Семья к тому времени проживала в доме Анны Александровны Куликовой. Казалось, ничто не может нарушить семейного счастья. Но началась война…
В числе первых 25-летний учитель Турубанов добровольцем ушел на фронт. Направили его на курсы политруков в Свердловск (ныне Екатеринбург). Здесь, в уральском городе, в октябре 1941года мужа навестила Лидия. Известен адрес, где проживал Николай: улица Разина, дом 2, квартира 5. Осталась навеки фотография с последней встречи. Через три месяца, 8 февраля 1942 года, солдат Турубанов погиб смертью храбрых. Однополчане похоронили его в деревне Карманово Смоленской области, о точном месте погребения мужа его супруга не знала. Суждено было Лидии остаться вдовой в 21 год.
В 1939-1940 гг. в Сысольский район, как и в другие районы Коми АССР, были депортированы тысячи польских граждан с приграничных территорий СССР. Сорванные в одночасье с родных мест, раздетые, разутые, не державшие до этих пор в руках ни пил, ни топоров, они вызывали жалость у местных жителей, которые, чем могли поддерживали поляков.
Уроженцев Люблинской области Ноэля Галицкого с молодой женой и двух его братьев высадили в Котласе. Далее повезли на баржах по рекам Вычегде и Сысоле. Поселили в так называемом 92-93 квартале в 20 километрах от села Грива, в глухом таёжном месте. Позже это место стало называться Воктыла.
Без медицинской помощи при родах умерла жена Ноэля Хеня, через месяц — новорожденная девочка Пая. Голод и эпидемии нещадно косили ряды вынужденных переселенцев. Ноэль и его двоюродный брат Айзик Платек смогли выбраться из лесного посёлка и устроиться на работу в селе Межадор в колхозе «Красный партизан». Несмотря на все лишения, они остались живы. На родине сестру Сару, которая не смогла выехать вместе с семьёй, фашисты сожгли в концлагере Треблинка в 1942 году.
В 1944 году советское правительство всем полякам разрешило возвратиться на родину. Ноэль Галицкий к тому времени успел познакомиться с Лидией Турубановой и её сыном. И в Польшу они отправились вместе, как одна семья.
Из Межадора путь семьи Галицких — Ноэля, Лидии и её пятилетнего сына Альберта — сначала пролёг в Краснодарский край. На Кубанской земле Лидию навестил 62-летний отец Алексей Сенькин. Здесь он с дочерью и внуком распрощался навсегда. Галицкие его известили, что намерены уехать в Америку.
Из Краснодарского края составы с поляками направились в уже освобождённую от фашистов Польшу, но здесь Галицкие задержались совсем ненадолго. Затем оказались в лагере для перемещённых лиц в немецком городе Ульме, где прожили три года. В это время в семье уже росли два сына, у Альберта появился брат Пауль.
В 1951 году семья Галицких села на океанский лайнер, который через 11 дней причалил к берегам Нового Света. В Америке обосновались в Нью-Йорке, в Бруклине. Глава семьи нашёл работу на фабрике одежды. А Лидия с этого времени зарекомендовала себя как отличная портниха.
В Америке семья сменила фамилию, Галицкие стали Геллами. Жизнь протекала так же, как у всех, со своими радостями и потерями. В расцвете лет ушёл из жизни Пол Гелл. Альберт в 19 лет нашёл хорошую работу клерка, вскоре женился на американке Арлен. Двоих детей — Адама и Лори — в доамериканскую жизнь не посвящал. Да и помнил из неё совсем немного. В семье при жизни Ноэля никогда не касались прошлого, даже разговоров о Коми не было.
Ноэль Гелл ушёл из жизни в 1998 году, а в 2001-м не стало Лидии. Они похоронены на кладбище в Лонг-Айленде. Семейный архив достался старшему внуку Адаму, школьному учителю физкультуры. Он обнаружил дневник бабушки, написанный на непонятном языке. Это был какой-то диковинный язык, непохожий ни на один из европейских — даже не русский.
Лидия Алексеевна прожила в Бруклине 50 лет. Все эти годы жгучую тоску по родине, свои сокровенные мысли она доверяла только дневнику. Пришедший в замешательство от находки молодой мужчина подступил с расспросами к отцу. Тогда и узнал, что бабушкин дневник написан на языке коми. В семейном архиве нашлось немало фотографий, связанных с родными из России, которые все годы на чужбине бережно хранила Лидия.

Живя в Америке, Лидия нарисует родительский дом и напишет воспоминания о нём в своём дневнике: «Дом моих любимых родителей Анастасии и Алексея Сенькиных, где я родилась 27 июня 1920 года, состоял из 6 комнат. Мой папа построил его своими руками. Большая нежная любовь в этом доме была дана всем детям: моим сёстрам Юлии и Валентине, брату Петру. Я всю свою жизнь вспоминаю тебя, милый дом».

История жизни бабушки настолько потрясла Адама, что он принялся налаживать контакты с неведомым Коми краем. Выложил в сети интернет снимки деда, переданные отцом, другие фотокарточки из семейного архива. Сначала ошибочно искал родину деда в городе Курган, так как это название созвучно с названием коми деревни Гурган. Долгая дорога проб, поиска в конце концов привела к результатам. Письмо американца появилось на сайте Койгородского района. Увидев это письмо, сотрудники администрации района тутже разыскали родственников Гелла — койгородских Турубановых. Адам решил навестить родных.
Поиск сведений о своих корнях привел Адама в Республику Коми. До этого Адам вместе с женой Пегджи навестил могилу героического деда Николая Турубанова в деревне Карманово под Смоленском, где на мемориале советским солдатам высечена фамилия деда.
Следующей точкой маршрута стал г. Сыктывкар. В аэропорту гостей встречали родственники Александр и Иван Тороповы (сыновья сестры Николая — Марии) из Койгородка. Даже языковой барьер не стал большой помехой для общения, роль переводчика взял на себя троюродный брат Василий. Все очень сожалели, что из-за неважного самочувствия не навестил Коми их двоюродный брат — отец Адама, Альберт.
По дороге в Койгородок гости ненадолго заехали на родину Лидии в Вотчу, навестили двоюродную тётю в Визинге Альбину Павловну Тырбылеву. В Межадоре встретились со школьниками, которых интересовал жизненный путь учителя Турубанова.
Три дня на Койгородской земле пролетели быстро. Супругам Гелл понравилось всё: гостеприимство родных, коми кухня, баня, поразило великолепие природы. Дневники бабушки были переведены на русский язык, а в Америке уже на английский.
На обратном пути, как и обещали, американцы вновь заехали в Межадор. Они побывали в гостях у Антонины Васильевны Меньшениной, библиотекаря Межадорской школы. Она провела гостей по местам, связанным с жизнью деда и бабушки. Гости посетили мемориал участникам войны в центре села. Адаму было очень приятно видеть ухоженный обелиск, на котором золотыми буквами написана и фамилия учителя Николая Турубанова.
Адам постоял возле дома, в котором жили его родные, где родился его отец. В том доме уже давно никто не живёт, поэтому внутрь зайти не удалось, но Адам, расчувствовавшись, расцеловал косяки дверей. Ему показали здание медпункта, где работала фельдшером его бабушка. Гости сфотографировались на месте, где когда-то стояла семилетняя школа, в которой преподавал химию, биологию Николай Викентьевич.
Вечером для далёких гостей была организована встреча со старожилами села. На нее пришли пожилые женщины, знавшие семью Турубановых. Вот что рассказала Лия Николаевна Морозова: «Николай Викентьевич был нашим классным руководителем, преподавал биологию и химию. Был эрудированным, интересным человеком. Ученики его любили, старались быть похожими на него. Часто вместе с нами играл во дворе. Нашей любимой игрой была «Кто выше?». На деревянную чурку ставили длинную доску, с обеих сторон вставали на неё и прыгали. По вечерам ходили в клуб петь и танцевать. Учитель играл для нас на аккордеоне. Смерть любимого учителя для нас была сильным потрясением».
Маргарита Михайловна Киселёва вспоминала: «Мы с Турубановыми жили по соседству. Они покупали у нас молоко. Я часто играла с Альбертом, ему было годика три, мне 13 лет. Зимой он гулять выходил в длинной шубке с белым шарфом. У наших детей такой одежды ещё не было. Мы дразнили его: «Ош Мишка, ош Мишка». Альберта приезжала нянчить койгородская бабушка, мать Николая. В 1942 году зимой Анна Алексеевна умерла. Лидия похоронила её на межадорском кладбище. Похоронки на Турубанова к тому времени ещё не было».
В июне 2012 года Адам выслал в Межадор фотографию из семейного альбома отца, где маленький Альберт сфотографирован в шубе. Маргарита Михайловна через 70 лет узнала мальчика в той самой одежде.
Из воспоминаний Анастасии Пантелеймоновны Раевской: «Лидия была моей подругой. Здания, где мы работали, стояли рядом. Я к ней приходила во время перерыва. Запомнилась одна встреча: супруги Турубановы после праздника (это было в Тихонов день) спешили из Вотчи домой. Был теплый июньский вечер. Лидия шла босиком, а Николай нёс в руках её туфельки. Весёлые, красивые, молодые, казалось, вся жизнь впереди, но война всё перечеркнула. Лидия сильно переживала смерть мужа. Я всячески старалась поддержать её в трудную минуту. Она приходила меня провожать на войну. Больше мы никогда не встречались».
В Межадоре Адам и Пегджи впервые пили чай из угольного самовара, сходили за водой к колодцу, тому самому, откуда брали воду его дедушка и бабушка.
Самым трогательным был момент, когда американец под знаменитую песню «Шондiбан», раскинув руки, пустился в пляс. А поражённые этим зрелищем женщины только и повторяли: «Как же похож на деда».
Встречи и открытия на далёкой северной земле так впечатлили американца, что по возвращении в Нью-Йорк он даже видоизменил свою фамилию, прибавив к ней фамилию своих предков. Теперь он подписывается Гелл-Турубанов.
После отъезда американцев школьники наладили с Адамом Геллом электронную переписку. Адама многое интересует в жизни Межадора: какие цветы растут, как живут простые люди, какой урожай картофеля получен, сколько надо дров на зиму. Особенно нравятся ему фотографии, где много снега и снимки с лыжных соревнований.
Для школьников, изучающих английский язык, Адам выслал видео, где он читает сказки для детей младшего возраста на английском языке, красочно оформленный алфавит, игры к урокам, книги, игрушки. К каждому празднику шлёт поздравительные открытки.
Семье Гелл мы тоже выслали подарок: календари, букварь на коми языке, книгу «Коми национальная кухня» на английском языке, бусы и обереги из бересты, символы Республики Коми — флаг, гимн, герб.
Про поездку в северный край он рассказал своим ученикам. Теперь они его в шутку приветствуют: «Бур асыв, господин Гелл».
В семье Адама двое взрослых детей — дочь Кассандра и сын Джулиан. В письме он признаётся: «Если бы раньше узнал историю своей семьи, то сына назвал бы Николаем». В семье его сестры Лори растут трое детей: Иордания, Тейлор, Николь.
«Я благодарен судьбе, которая дала мне возможность увидеть эти невероятные места, узнать эту часть истории моей семьи, которая, как я думал, никогда не откроется. Прошлое, проявившееся во мне, рождает чувство гордости за моё происхождение. Я счастлив быть в родстве со столь сильными и добрыми людьми», — написал в одном из недавних писем в Межадор Адам Гелл.

Альберт и Адам Геллы (отец и сын). Нью-Йорк. 2014 г. 

Адам Гелл возле дома, где проживали его дед и бабушка. Межадор. 2011 год. 

Супруги Лидия и Николай Турубановы. Свердловск. 1941 год. 

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

306