Меню
12+

«Маяк Сысолы». Общественно-политическая газета Сысольского района Республики Коми

12.12.2013 13:22 Четверг
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 145 от 10.12.2013 г.

Последняя встреча

Была поздняя осень 1987 года. Подошел к скотному двору в Утоге к окончанию утренней дойки. Ночью подморозило. Наполненную водой низкую оцинкованную ванну, стоявшую у входа в коровник, прихватил ледок. Афанасья Алексеевна вышла из тепла, ребром ладони расколола лед, не спеша вымыла руки и вытерла ветошью.

Заметив меня, она выпрямила спину и спросила: «Андел, чай юыштам?». Приглашение на чай было своеобразным ритуалом. Она переиначила слово «ангел» на коми лад и так обращалась ко мне при каждой встрече.
Мы познакомились в конце 1979 года. Главный редактор «Маяка Сысолы» Ювеналий Васильевич Елькин тогда поставил перед корреспондентами задачу: написать серию заметок о прославленных жителях Сысольского района, награжденных орденом Ленина. Как раз приближалось пятидесятилетие со дня учреждения этой высшей награды СССР. Мне выпало ехать в Межадор на встречу со знаменитой дояркой Афанасьей Истоминой. В 1987 году я уже представлял редакцию республиканской газеты «Югыд туй». Афанасье Алексеевне было 72 года, она все еще доила совхозных коров.
Она выросла в Вотче, носила отцовскую фамилию Пыстина. В шестнадцать лет перебралась в Сыктывкар. Взяли на работу в столовую, расположенную в полуподвале возле большого городского парка. Скарба было всего ничего. Тоненькую девушку-подростка с иссиня черными длинными волосами из толпы выделял лишь модный серый берет.
Востроглазую подавальщицу приметил межадорский шофер Иван Истомин. Он был на пять лет старше. Только-только научился крутить баранку и начал ездить в дальние командировки. Афанасье на день знакомства с симпатичным земляком еще не было восемнадцати.
Иван в каждый приезд в город захаживал в столовую, чтобы пообщаться с полюбившейся вотчинской красавицей. Однажды набрался смелости и предложил руку и сердце. Избранница ответила согласием. Обживаться молодая чета стала на родине мужа.
В семье появились двое детей-погодков и… оба в одночасье умерли от кори. Теперь детям делают прививки от этого коварного инфекционного заболевания. А прежде вакцины не было. Во всяком случае, иногда эпидемии кори вызывали детский мор. В газете «Югыд туй» за 1927 год я прочитал, что в одном из сел Коми области каждый день приносили в церковь на отпевание два-три гробика. В тридцатые годы корь все еще свирепствовала. Только вот церкви в Межадоре уже не было, и хоронить детей Истоминым пришлось без отпевания.
Вскоре молодая женщина снова стала матерью — родила девочку. Но семейное счастье оказалось коротким, как северное лето. Крест на нем поставила война.
Ивана мобилизовали летом 1941-го. Водители были нужны фронту позарез. Года через полтора он вернулся домой по ранению. В первое время супругам казалось, что война для них закончилась. Однако 15 января 1944 года Ивана снова отправили на фронт. После Победы она стала считать дни, ожидая возвращения мужа. А дождалась извещения о том, что рядовой Истомин Иван Семенович, водитель 643-го отдельного автобатальона 4-й гвардейской танковой армии, пропал без вести 2 мая 1945 года. В районе Берлина…
Вдовой она стала в тридцать лет. На руках остались дочь и кроха-сын. Не успела наладиться послевоенная жизнь, как у нее сгорел дом. Пришлось строиться. От безысходности спасала работа.
Дояркой она стала в 1941 году. Через силу, потому что сердце не лежало к этой профессии. «Ой как я не хотела», — сказала она мне спустя годы, тяжко вздыхая. Но выбора не было. Сказал предколхоза, и пошла на скотный двор. Законы тогда были драконовскими. Чуть что – сразу под суд. За опоздание на работу на двадцать минут можно было схлопотать четырехмесячный тюремный срок. После войны вышел указ о повышении для колхозников обязательного минимума трудодней. Норму не выполнишь – получай исправработы до 6 месяцев с удержанием 25 процентов заработка в пользу колхоза. Афанасья Алексеевна втянулась в работу доярки, не предполагая, что отдаст ей всю оставшуюся жизнь.
Труд на ферме всегда был тяжелым. В военные и первые послевоенные годы — особенно. Доили вручную утром и вечером. Каждый день, без выходных и праздников. В стужу и в летнюю жару. Сена и силоса не хватало. Удои были маленькими. Из-за бескормицы часть коров в лучшем случае забивали.
Вот яркий пример. В конце марта 1947 года районная газета «Сыктывса ударник» сообщила о сессии Визингского сельсовета, на которой шел разговор о падеже скота в колхозах районного центра. За первые три месяца 1947-го пало 192 головы. Больше всего – 49 — в колхозе «Труд». Колхозников всего района заставляли заготавливать веточный корм. Был ли толк от этих запаренных веников, можно лишь догадываться.
Только в пятидесятых годах положение с молочным животноводством в районе стало выправляться. Афанасья Алексеевна Истомина была признана одной из лучших в профессии. Ее хвалили, ставили в пример.
В феврале 1958 года в районной газете «Коммунизм знамя» зоотехник МТС А. Шомысова опубликовала статью о ней под заголовком «Мастер высоких удоев». Как оказалось, в 1957 году Афанасья Алексеевна надоила от своей группы в 15 коров более 28 тонн молока, на 6380 килограммов больше плана. Годовой удой на фуражную корову составил 1972 килограмма или на 451 килограмм больше среднего показателя по колхозу имени Сталина. Автор статьи до трудодня, до рубля, до килограмма зерна, овощей и сена расписала годовой доход доярки. На бумаге все получилось красиво…
В 1958 году Афанасья Истомина как передовик производства была выдвинута кандидатом в депутаты Верховного Совета Коми АССР. А в 1966 году ее наградили орденом Ленина.
Она многое рассказала о своей жизни. Запомнилось, что у нее никогда не было ни выходных дней, ни отгулов, ни отпусков. Подменяли лишь в те дни, когда приходилось ездить в Верховный Совет на сессии. При Сталине колхозники, по большому счету, были бесправными каторжниками. В совхозные годы отдых был гарантирован. А она все равно не брала отпусков. Потому что не желала.
Детей и внуков, проживавших в Сыктывкаре, навещала в перерывах между утренней и вечерней дойками. Сядет в кабину молоковоза и едет. С тем же шофером возвращается. Летом и осенью отвозила родным собранные грибы и ягоды, зимой – связанные собственными руками рукавицы и носки из овечьей шерсти.
Такой вот образ жизни. Если бы не война, долгое женское одиночество, все могло быть иначе...
Тем осенним утром мы опять сидели за столом у нее на кухне. Привычно ложили в стакан со слабым настоем индийского чая бруски сахара и разговаривали о последних новостях. Тогда не знал, что эта встреча, четвертая по счету, будет последней.
Я не забыл эту удивительную женщину. Она напоминает мне мою покойную бабушку, Анисью Ивановну, которая в 1941-м стала вдовой, воспитала дочь и сына, замуж больше не выходила.
А. Голосов. г. Сыктывкар.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

48